Версия для печатиПожалуй, в цивилизованном мире нет человека, который не слышал о «динамитном короле» Нобеле, обессмертившем свое имя учреждением Нобелевских премий. Ну, а многие ли в нашей стране помнят о своем соотечественнике X.С. Леденцове, слывшем на рубеже веков одним из самых богатых людей купеческого сословия и завещавшем весь свой громадный капитал на подъем науки и изобретательства?.. Историкам еще предстоит оценить вклад русского купечества в естественнонаучные исследования и развитие производительных сил России. Благородное начинание, которому дал жизнь просвещенный купец Леденцов, будет одной из самых ярких страниц этой истории.
О жизни Христофора Семеновича Леденцова (1842 - 1907) мы знаем немного1. Родился он в семье вологодского купца первой гильдии, которому принадлежали земельные владения под Вологдой, винокуренные заводы, доходные дома в Петербурге и Вологде, имения в Сыромятниках, на Сходне под Москвой и под Звенигородом. По окончании вологодской гимназии учился в Московской практической академии коммерческих наук, которую закончил с похвальным листом. Энергичный и предприимчивый, Леденцов успешно пошел по стопам отца и приумножил его состояние. Путешествовал по странам Европы, интересуясь организацией различных производств, был широко образован. Его библиотека в Вологде насчитывала несколько тысяч томов научной и технической литературы. Экономный по натуре, Леденцов строго ограничивал себя и свою семью в расходах, но
тратил немалые средства на благотворительность. (Характерно, что сыновья Леденцова Христофор и Максимилиан вышли из купеческого сословия и после окончания Московского технического училища стали инженерами-механиками.)
Будучи избран городским головой, Леденцов учредил ломбард, основными «закладчиками» которого стала вологодская беднота и крестьяне близлежащих уездов. В 1900 г. он передал Русскому техническому обществу 50 тыс. руб. для устройства Музея содействия труду и был избран почетным членом этого Общества. В середине 90-х годов Леденцов переехал в Москву, где поселился в особняке своей сестры купчихи Обидиной на Мясницкой. Сейчас в этом здании располагается Дом научно-технической пропаганды, в библиотеке которого сохранилась часть его уникального книжного собрания, которое он перевез сюда из Вологды.
В Москве Леденцов сблизился с группой профессоров - С.А. Федоровым, Н.А. Умовым, К.А. Тимирязевым, Н.В. Бугаевым, М.М. Ковалевским и другими и пришел к мысли завещать свой капитал, составлявший примерно 2 млн. руб., на развитие научных исследований. В апреле 1897 г. он впервые выразил свою волю в записке «Нечто вроде завещания».
«Я бы желал, - писал Леденцов, - чтобы не позднее 3 лет после моей смерти было организовано Общество (если к тому времени такового не будет существовать), если позволено так выразиться, «друзей человечества». Цель и задача такого Общества помогать по мере возможности осуществлению если не рая на земле, то возможно большего и полного приближения к нему. Средства, как их понимаю, заключаются только в науке и в возможно полном усвоении всеми научных знаний... Я не человек науки и техники, и нет у меня дара проповеди, но рядом со мной идут и люди науки и люди техники, и после меня пойдут и те и другие. Облегчу и послужу их делу. Я не хочу дела благотворения, исцеляющего язвы людей, случайно опрокинутых жизнью, и ищу дела, которое должно коснуться самого корня человеческого благополучия»2. Его девиз: «Наука, труд, любовь, довольство».
Осуществлению планов много поспособствовал тогдашний президент Московского общества испытателей природы Н.А. Умов. Он убедил Леденцова поставить во главу этого дела два старейших и авторитетнейших московских вуза - университет и техническое училище (ныне Московский государственный технический университет им. Н.Э. Баумана).
Директор Московского технического училища С.А. Федоров вспоминал: «В 1903 году Христофор Семенович обратился ко мне по рекомендации профессора университета, глубокоуважаемого Н.А. Умова, с просьбой помочь ему в осуществлении его заветной идеи - учредить Общество, которое бы имело своей целью: содействие научным открытиям и исследованиям в области естествознания, содействие изобретениям и усовершенствованиям в сфере техники и, наконец, содействие испытанию и проведению в жизнь научных и технических изобретений и усовершенствований. Этой последней задаче Христофор Семенович придавал особенно важное значение». При этом Леденцов ставил условие, «чтобы пособия Общества направлялись преимущественно на такие открытия и изобретения, которые при наименьшей затрате капитала могли бы приносить возможно большую пользу для большинства населения»3. Субсидии, по замыслу Леденцова, предназначались не для того, чтобы следовать за научно-техническими достижениями в виде премий, а для реализации наиболее перспективных идей. По проекту устава Общества, составленному, как утверждает Федоров, «самим инициатором при участии лишь небольшого интимного кружка лиц», действительными членами могли состоять люди, «заявившие себя трудами в области естествознания или техники, а также промышленной деятельностью».
Общество намеревалось не только выплачивать денежные пособия на исследования и постановку опытов, изготовление моделей, аппаратов и т.п., но и выдавать отзывы о представленных работах, открытиях и усовершенствованиях; организовывать экспертизы, ходатайствовать о привилегиях для талантов и т.п. Приветствовались пожертвования от других лиц. Всеми делами должны были управлять общее собрание и совет Общества. Председатель и его товарищ избирались советом из профессоров физико-математического факультета Московского университета или из Технического училища. В совет также входили преимущественно профессора этих учебных заведений, их ректор и директор.
Началось длительное прохождение проекта через канцелярии. Решительный Леденцов, желая ускорить дело, весной 1904 г. внес в кассу Московского университета первоначальный взнос ценными процентными бумагами на 100 тыс. рублей от имени «лица, пожелавшего остаться неизвестным».
Устав Общества был утвержден министром народного просвещения лишь в феврале 1909 г. Леденцову не суждено было дожить до этого дня, он скончался в Женеве 31 марта 1907 г. Тело его было перевезено в Вологду и захоронено на Введенском кладбище. Согласно завещанию, все движимое и недвижимое имущество покойного переходило в собственность Московского университета и Московского технического училища и после реализации и обращения в государственные или правительственные гарантированные бумаги должно было составить особый фонд имени X.С. Леденцова.
В завещании были указаны условия, на которых Общество могло распоряжаться капиталом. В частности, все расходы должны были производиться из процентов с неприкосновенного капитала, причем на «аппаратные» нужды, а также издательское дело отводилось не более 10 %.
Торжественное открытие Общества содействия успехам опытных наук и их практических применений им. X.С. Леденцова состоялось 24 февраля 1909 г. в помещении Политехнического общества (Малый Харитоньевский пер., д. 4), а спустя два месяца на общем собрании был избран совет, в который вошли профессора С.А. Федоров (председатель), Н.А. Умов (товарищ председателя), А.А. Мануилов (ректор Московского университета), профессора университета П.Н. Лебедев, И.А. Каблуков, А.П. Павлов, профессора Московского технического училища А.П. Гавриленко, П.П. Петров, Я.Я. Никитинский и В.И. Гриневецкий. В число 110 действительных членов Общества были избраны такие выдающиеся ученые, как Д.Н. Анучин, В.И. Вернадский, Н.Д. Зелинский, Д.Н. Прянишников, С.А. Чаплыгин, A.Е. Чичибабин, Л.А. Чугаев и другие. (Позднее в состав Общества вошли П.И. Вальден, М.А. Мензбир, Л.В. Писаржевский, А.В. Чаянов, А.Н. Реформатский, А.Н. Северцов, B.Н. Ипатьев, Н.С. Курнаков, Н.К. Кольцов, А.Н. Крылов.) Почетными членами были избраны Н.Е. Жуковский, И.И. Мечников, К.А. Тимирязев4.
Начиная свою деятельность, Общество приняло «Обращение к иностранным университетам, высшим техническим училищам и обществам научным и техническим»5 с предложением об установлении взаимных контактов по обмену естественнонаучными и техническими изданиями, патентной информацией, а также выразило готовность в оказании содействия зарубежным изобретателям и исследователям. В 1910 г. начал выходить «Временник», редактором которого до 1917 г. был Н.А. Умов, а с 1917 г. - И.А. Каблуков. Помимо основных выпусков печатались «Приложения», посвященные актуальным научно-техническим проблемам.
Совет рассматривал заявления о предоставлении субсидий демократично и оперативно. Формы отчетности лица, получившего субсидию, могли быть назначены разные: доклад на заседании совета или годичного собрания Общества, статья во «Временнике» или просто письменный отчет, после чего принималось решение о возобновлении или прекращении финансирования.
За недолгое время своего существования Леденцовское общество успело совершить множество полезных дел и немало способствовало достижению того высокого по мировым меркам уровня, с которым русское естествознание и техника вступили в 1917 год. Примеров не перечесть. Достаточно сказать, что оно систематически, начиная с 1909 г., выделяло денежные пособия И.П. Павлову - для разработки плана будущей лаборатории по изучению высшей нервной деятельности, на ее строительство и оборудование. Последнее ходатайство Павлова о выделении 10 тыс. руб. было удовлетворено уже в советское время - 4 декабря 1917 г.6
В Московском университете была оборудована аэродинамическая лаборатория для работы Н.Е. Жуковского, а лаборатория в Московском техническом училище получила оборудование для испытания гребных винтов и моделей. С 1909 г. Общество оказывало материальную помощь станции испытания земледельческих машин и орудий при Киевском политехническом институте, руководимой К.Г. Шиндлером.
Общество оказывало материальную поддержку и А.Е. Чичибабину, которая шла на изучение отходов от переработки нефти, и в частности получение из них медицинских препаратов7; химику-изобретателю московской фирмы «Богатырь» И.И. Остромысленскому, работавшему над проблемой синтеза мономеров, получения каучука и превращения его в резину (в 1922 г. Остромысленский уехал в США, где создал ряд промышленных производств синтетического каучука)8; Л.А. Чугаеву для проведения исследований комплексных соединений платины9; профессору Томского технологического института Н.М. Кижнеру (с 1934 г. - почетный академик АН СССР) на изучение открытой им реакции каталитического разложения гидразонов, позволившей синтезировать индивидуальные углеводороды высокой чистоты; недавнему студенту Л.Я. Карпову, предложившему новый, дешевый способ получения уксусной кислоты - важного промышленного сырья - с использованием в качестве окислителя кислорода воздуха10.
В феврале 1911 г. в совет Общества поступило заявление от В.И. Вернадского об оказании содействия в проведении исследования радиоактивных минералов Российской империи. Средства на экспедиции по разведке запасов и условий нахождения радиоактивных веществ в Фергане, Ильменских горах, на Кавказе и в Западной Сибири Академия наук рассчитывала получить от правительства. Однако и работа в лаборатории требовала денег.
Сохранились обоснования, направленные Вернадским в совет Общества. «Эта работа, - писал он, - неизбежно двоякого рода - с одной стороны, она заключается в изучении явлений радиоактивности среди минералов и горных пород Российской империи, но с другой стороны, она связана с исследованием свойств природных соединений тория, урана, редких земель, благородных газов. Наши знания в этой области в настоящее время в высшей степени незначительны, а между тем они должны быть положены в основу всех наших поисков радиоактивных руд и всех наших соображений о распространении радиоактивных тел в земной коре. Работа эта должна быть выполнена в возможно быстрый срок, и ее исполнение не менее важно, чем непосредственное изучение явлений радиоактивности. Обдумывая характер быстрого и планомерного исполнения этой работы, я остановился в конце концов на исследовании спектроскопии минералов... Для этой работы необходима особая комбинация спектроскопов. Обращаюсь к Леденцовскому обществу с просьбой дать мне средства...»11
Совет вынес решение «ввиду высокой важности и национального значения намеченных исследований» ассигновать испрашиваемую сумму в размере 3600 руб. и просить В.И. Вернадского подготовить статью для публикации во «Временнике». В дальнейшем субсидии на эти цели выделялись неоднократно.
Очень важна была материальная, да и моральная поддержка группе профессоров, оставивших в 1911 г. Московский университет в знак протеста против реакционных действий министра просвещения Кассо. Так, П.Н. Лебедев, потерявший возможность продолжать исследования в университетской лаборатории, с помощью Общества, выделившего ему 15 тыс. рублей, организовал физическую лабораторию и рентгеновский кабинет при народном университете им. Шанявского. После смерти Лебедева его преемник по руководству лабораторией П.П. Лазарев в 1912 - 1917 гг. ежегодно получал от Общества дополнительные ассигнования на приобретение различных приборов и оборудования. Значительная поддержка была оказана также ушедшим из университета Н.Д. Зелинскому, М.А. Мензбиру и другим12.
С помощью средств, выделенных Обществом, как говорится, под идею, П.И. Бахметьев13 впервые экспериментально вызвал анабиоз у млекопитающих - летучих мышей (о чем, кстати говоря, написал в майском номере «Природы» за 1912 г.).
Общество субсидировало научные командировки ученых по России и за рубеж. Отчеты об этих поездках, как правило, рассматривались на заседании совета, а затем публиковались на страницах «Временника». Написанные живо и интересно, как, например, статья И.А. Каблукова «Институт Карнеги в Вашингтоне» («Временник», 1913, вып. 2, с. 15 - 36), они сохранили познавательное значение и до наших дней.
Периодическую материальную поддержку от Леденцовского общества получали Московское общество испытателей природы, Карадагская научная станция, Русское физико-химическое общество, Оргкомитет I Всероссийского съезда по вопросам изобретений, который состоялся в октябре 1916 г. в Москве.
С началом первой мировой войны значительную часть средств Общество направляло на проведение исследований и приготовление остродефицитных медикаментов, в частности морфия и кодеина. Их производство было налажено А.Е. Чичибабиным с помощниками в Московском техническом училище. Субсидировались также проводимые в 1916 - 1917 гг. под руководством Н.Я. Демьянова опыты по получению новокаина в Московском сельскохозяйственном институте.
Деятельность Общества продолжала приносить свои плоды целый год после Октябрьской революции. Однако постановлением ВСНХ от 8 октября 1918 г, его имущество было национализировано14. Общество имени Христофора Семеновича Леденцова прекратило свое существование. И неблагодарные потомки забыли его имя...
1 См.: Рыбников В. Инкогнито из
Вологды// Изобретатель и рационализатор. 1987.
№ 9. с. 38 - 41.
2 Центральный государственный
исторический архив г. Москвы (ЦГИАМ). Ф. 372. Оп.
2 Д. 1097, 1644.
3 Федоров С.А. Памяти Христофора
Семеновича Леденцова. М., 1910. С. 1 - 3
4 ЦГИАМ. Ф. 224. Оп. 1. Д. 4. Л. 2 - 2о6.
5 Временник. 1910. Вып. 3. С. 3 - 5.
6 ЦГИАМ. Ф. 224. Оп. 1. Д. 144. Л.2.
7 ЦГИАМ. Ф. 224. Оп. 1. Д. 195; Козлов В.В.
Очерки истории химических обществ СССР. М.,
1956. С. 326.
8 ЦГИАМ. Ф. 224. Оп. 1. Д. 965.
9 Там же. Д. 196. Л. 1 - 2об.
10 Волков В.А. и др. Лев Яковлевич
Карпов. М., 1984. С. 35 - 39.
11 ЦГИАМ. Ф. 224. Оп. 1. Д. 204. Л. 1 - 3 об.
12 Там же. Ф. 224 Оп. 1. Д. 122, 224; ф. 224. Оп.
1. Д. 184.
13 ЦГИАМ. Ф. 224. Оп. 1. Д 1125.
14 Нар. хоз-во. 1918. № 12. С. 48.