Версия
для печати
Из истории купеческой семьи Маркеловых
Среди суровых, но
живописных северных лесов и озер, на берегу
Северо-Двинской водной магистрали,
соединяющей Каспийское и Белое море, стоит
небольшое село Благовещение. Оно - в стороне
от большой дороги, издревле являвшейся
оживленным трактом, связывавшим древнюю
матушку Москву с Белоозером, Онегой и Белым
морем.
В прошлом село
Благовещение было волостным центром. Сюда
ежедневно приходили и приезжали десятки
людей из окрестных деревень для решения
насущных крестьянских вопросов. Здесь они
продавали продукты своего труда, покупали
необходимые орудия производства, предметы
домашнего обихода. В селе действовали
больница, почта, телеграф, хлебопекарня,
булочная, аптека, паровая мельница,
пристань, школа, народный дом, много
магазинов. Здесь же проводились ежегодные
ярмарки. На них собирались сотни людей.
В селе Благовещение жили
несколько купцов, их дома сохранились до
наших дней. Самым богатым человеком в
округе был Зосима Иванович Маркелов. Он
имел винокуренный завод в селе
Благовещенье, пивоваренный завод в городе
Кириллове, маслодельный завод в деревне
Фефелово (недалеко от села Ферапонтове). Дом,
который стоит и сейчас, представлял собою
особняк барского типа с большим мезонином
над ним и застекленной верандой, обращенной
в сад. К дому примыкала пристройка - еще один
дом для женившегося сына Ивана, устроенный
с невиданным в округе комфортом. Окна дома
выходили и в сад, и на улицу, и во двор. Во
дворе размещались склады товаров, конюшня,
каретник, здание конторы и баня.
Сам - так по купечески
звали главу дома, жил в мезонине, откуда
виднелись кладбище, озеро, вход в кирпичное
здание, склад товаров и магазин. Другие окна
выходили во двор. Ничто не ускользало от
взгляда хозяина: ни похороны на погосте, ни
работа дворовых или складских рабочих, ни
даже случайный покупатель, зашедший не в
маркеловский, а в соседний магазин. Такому
отныне отказывалось в кредите у Маркелова,
его ждала немилость хозяина волости. В зале
маркеловского дома красовались портреты
царя, царицы, игумена Кирилло-Белозерского
монастыря и собственный портрет,
исполненный кирилловским живописцем.
"Хозяин" - так звали
его на селе - со всяким находил о чем
поговорить, что пообещать, то и кредит в
магазине открыть. Любил он и детей крестить.
Кумом был почти всему селу
Волокославинскому.
На вывеске каменного
маркеловского магазина, стоявшего рядом с
домом, золотыми буквами на черном поле было
выведено "Зосима Маркелов с сыновьями".
Солидно и внушительно. Население всей
Волокославинской волости было "на
приколе" - в долгу у Маркелова. "На - кол"
- на долг начислялись каждый год в декабре
большие проценты, и "кол" превращался в
"бревно". Никогда не оторваться было от
этого "бревна" сельскому хозяину,
рабочему или служащему бесчисленных
предприятий Маркелова.
Масло, как уже отмечалось,
выделывалось в Фефелове. Здешнее поместье с
поэтическим названием "Красные зори"
также принадлежало Маркелову. На месте
грота, в котором некогда красовался
мраморный купидон, был построен
маслодельный завод. С тех пор дети
окрестных деревень перестали видеть молоко.
Нужда в деньгах на нищенские крестьянские
расходы была так велика, что все молоко
отвозилось Маркелову.
В 1918-м - до окраины
революция дошла не вдруг - все изменилось.
Зосиму Ивановича арестовали. Вот что пишет
в своем рассказе "Белый крест"
правнучка 3.И. Маркелова Гелия
Александровна Петрова. Она живет сейчас в
Санкт-Петербурге и ведет переписку с
Волокославинской школой. Эти слова
записаны со слов ее бабки Анны Ивановны
Маркеловой, невестки Зосимы Ивановича. "За
свекром пришли во время обеда. На глазах у
внуков неустрашимый старик не торопясь
доел свой суп, встал и, сказав конвоирам: "Ну,
вы доиграетесь, ребята!" - не оглянувшись
пошел из дома. Вдвойне черным оказалось для
него то время: незадолго до разорения
умерла его добрая безответная жена
Елизавета Александровна".
Доживал свой век Зосима
Иванович со своей невесткой и внуками, но
отношения у них были непростыми, и поэтому
некоторое время жил в родном селе, где
снимал угол у старого знакомца, рядом с
церковью. Из рассказа Г. А. Петровой "Белый
крест": "Глядя в щелочки неплотно
сдвинутых занавесок, отмечали соседи, как
всегда чисто одетый и причесанный, выходил
он с крыльца чужого дома, неся стопку своих
собственных в недалеком прошлом книг,
перехваченную ремешком, и направлялся в
библиотеку. Не там ли возле теплой печки в
пустынной читальне были им написаны два
сохранившиеся в архивах документа:
расписка-согласие на требование властей
сдать антикварные часы и ершистое
заявление в адрес тех же властей: "Прошу
возвратить из конфискованной у меня
библиотеки справочную литературу". Под
справочной литературой имелись в виду 87
томов Брокгауза и Ефрона, сохранившихся по
сей день в музейной библиотеке района".
Действительно, по словам бывшего директора
школы А.Н. Пробичева книги эти хранились в
школьной библиотеке до 1982 года, затем были
переданы музею. 3. И. Маркелов умер в 1925 году
и был похоронен в городе Кириллове на
кладбище около церкви Иоанна-Воина.
У Зосимы Ивановича
Маркелова было четыре сына. Трое из них
получили высшее образование. Иван
Зосимович жил рядом с отцом и был женат на
Анне Ивановне Кошкиной. Родом она была из
Посада Крохино Новгородской губернии.
Судьба ее не менее интересна, но и не менее
сложна. Из воспоминаний Г. А. Петровой -
внучки Анны Ивановны: "Была моя бабка
человеком решительным, чувство юмора не
теряла ни в хорошие, ни в тяжкие времена и
больше иных благ она ценила независимость.
В 1900 году 19-ти лет от роду она вышла замуж по
родительскому сговору и по доброй воле.
Пышной прической была жениху по плечо и
изящества своего не растеряла и в
многодетном супружестве. В памяти старших
детей осталось, как отец в веселые минуты
носил мать по комнатам. С богатыми
соседками бабка избегала близкого общения,
но с крестьянками, приходившими за советом
или лекарством занималась охотно. При своем
тонком вкусе одеваться красиво, детей Анна
Ивановна одевала по новейшим правилам
гигиены, в свободное, легко стираемое
платье. Воспитание детей было спартанским:
много движения, воздуха, и никаких шарфиков
на шее. В церковь Анна Ивановна детей водила,
но особенно набожной не была и
прикладываться к иконам не разрешала из
соображений той же гигиены. Каждую неделю в
доме собиралась местная интеллигенция —
учителя, врачи, отец Василий. И звучал рояль
"Беккер", и пели и разыгрывали вместе с
детьми шарады, и спорили о том, что уже
носилось в воздухе и будоражило умы
либерально настроенных людей. В 1918 году не
удалось избежать ареста и Анне Ивановне.
Спустя какое-то время ей было разрешено
выйти на свободу за большой денежный выкуп.
Денег в семье не было, и выкупали ее всем
миром ее родного посада, которому
поклонилась младшая бабкина сестра. Трудно
жилось ей и ее семье в то время. И голодали
частенько, и в немилости часто ходили у
властей местных. Но все пережила эта
женщина. И слово "несчастная" к ней
никак не подходило, потому что она никогда
не сетовала на жизнь и управлялась как
могла". В 1920 году Анна Ивановна
похоронила своего мужа Ивана Зосимовича.
Умер в 46 лет от болезни сердца и горького
крушения всех добрых начинаний его жизни. А
сделал Иван Зосимович для своего села много.
Зная о том, как скупо самодержавие
расходовало средства на образование и
особенно на обучение крестьянских детей,
Иван Зосимович в 1916 году открывает
Волокославинское реальное училище, которое
дало возможность детям бедняков получать
среднее образование. Отец ему передал все
движимое и недвижимое имущество, но его не
интересовала коммерческая деятельность. Он
много читает, учится, занимается
самообразованием. В его доме часто
собирались учителя, врачи и другая местная
интеллигенция. Здесь они обсуждали планы и
проекты превращения села в культурный
центр. Он выписывал много новых книг и
журналов, которые читались вслух для всех
собравшихся в доме, но, как уже отмечалось,
многое не успел сделать Иван Зосимович... Со
старшей дочерью, не покидавшей отца в дни
его болезни, пароходом привезли больного к
пристани его детства. И поплыли навстречу
медленной телеге его бывший дом, дорогая
сердцу школа. Провожая глазами кипящую
переменкой школу, внятно сказал: "Неважно,
кто посеял, ... важен урожай". Провожало в
последний путь Ивана Зосимовича множество
земляков и соседей, видимо, что-то все же
помнили. Похоронили его рядом с матерью
Елизаветой Александровной. Построенные его
отцом дом и магазин стоят до сих пор. В доме
находится детский сад. А в бывших магазинах
- радиоузел, почта, сберкасса. Стало быть
добрая память об этих людях сохранится еще
долгое время.
Приложение:
Г.А. Петрова
Два портрета Анны
Маркеловой
1900 год
Фотографии толстый картон.
Золотого тиснения слово.
Взлет прически над
девичьим лбом
Чуть повыше плеча женихова
И распахнутый девичий
взгляд!
Вечер свадьбы! Красивый
обряд.
1930 год
Пожелтевший невнятный
листок,
В 31-м доставленный в Питер:
Поредевшие пряди вдоль щек,
Ворот шубки так горестно
вытерт...
Ну а взгляд - он, как прежде,
широк.
Близок крест у развилки
дорог.