Версия для печати
Лес был и остался основным
богатством Кемского края, заготовка шла в
Кеме с давних времен, прежде всего, на
хозяйственные нужды. Промышленная его
заготовка, т.е. для продажи, для переработки,
на вывоз... сдерживалась правом
собственности помещиков на крестьян и
землю; отсутствием капиталов у местных
людей; отдаленность рынков леса и т.д.
Кемских помещиков называли
лесовладельцами. По пятой ревизии 1789 г.
только в деревнях Ямская, Вострово,
Вороново и Красная (эти лесные дачи и скупил
Сергеев) числилось 28 дворов, пашни - 607,69 га,
покосов - 219,54 га, неудобий - 328,68 га, лесов
-14547,74 га.
После отмены крепостного права большинство кемских лесов скупили: Сергеев Иван Прокопьевич - бывшие игнатьевские дачи (помещица Игнатьева Парасковья Александровна) от устья Пырнуга вниз до речки Светицы (приток Унжи), т.е. почти до Кологрива; и Афанасьев Платон Иванович - бывшие дачи Дурново (помещица Дурново Вера Петровна) вверх по Кеме от устья Пырнуга.
Иван Прокопьевич Сергеев родился в 1858 г. в Ярославской губернии. До приезда в Кему занимался извозом у своего деда-купца. В наших краях появился около 1876 года, скупив игнатьевские дачи и дом Дурново в с. Княжево.
Об источниках капиталов Сергеева существует две версии (по рассказам старожилов):
1. Дядя поручил племяннику оформить купчую. Он оформил все документы..., но на себя, а не на дядю. Дядя, конечно, был разгневан. Поостыв, благословил Ивана на предпринимательство;
2. Деньги на купчую дал Ивану брат, который был связан то ли с корабельной, то ли с полковой казной. Кассу он «увел» и скрылся. Ивану рекомендовал вложить деньги в лесоторговлю.
С осени Иван Прокопьевич договаривался с мужиками о месте работы, оплате, складировании, размерах, сплотке, транспортировке и т.д. Много им заготовлялось мачтового леса. Рабочие должны были подобрать соответствующую сосну; прямую, хлыст длиной в 12 аршин, а в отрубе чтобы был не меньше 6 вершков (24 см). Дерево подрубали топорами (топорище ок. 1 м) с четырех сторон и с помощью стрелы валили в нужную сторону: там, где проложен волок и посочки, вершиной вперед. Дерево тщательно корили, в вершине делали ноздрю и с помощью нескольких лошадей буксировали к месту сплотки. За одну заготовленную и вывезенную сосну он платил два рубля (корова в то время стоила 5 руб.). Для сплотки выбирали низкие места, чтобы весенний паводок поднимал плоты для проплава. В Ямской таким местом был Мельничный луг в устье Пырнуга, в с. Никольском - Попов луг на р. Кеме около переезда в Горевку и т.д. В один плот соединяли по 22 дерева, продев «иглу» в ноздрю всех лесин. Весной плоты «гнали» до Кологрива и далее. За проплав одного дерева Иван Прокопьевич платил по рублю. Строительный лес тоже сплавляли плотами.
Чтобы сплавщики не волновались (домой возвращались в конце июня), их семьям старался помогать: давал семена, помогал лошадьми, авансировал и т.д.
Одновременно вниза отправлялось несколько барок груженых углем, клепкой, смолой, дегтем и т.д. А обратно на этих барках «бечевой» вез муку, сахар, мануфактуру и прочие нужные в крестьянском хозяйстве товары.
Усадьба Сергеева находилась в с. Никольском. На «пятачке» в 2-3 га он поставил «помещичий» дом (перевез из Княжева) на кирпичный фундамент, обшил его, отштукатурил с лепниной... На усадьбе расположился пятистенный амбар-магазин, конюшни, столярная мастерская и т.д. В мастерской, например, делали лодки длиной от 4 до 7 метров. Низ лодки выдалбливали из осины, а борта наращивали досками. В такой лодке могло уместиться до пятнадцати человек. Позднее на усадьбе поставил двухэтажный жилой дом (позднее контора ЛПХ) и жил в нем. Жили вдвоем с женой.
Сын Александр жил на даче внизах и, как отец, занимался лесоторговлей. Правда, не так удачно как отец, т.к. все дела передоверил приказчику.
Иван Прокопьевич вел активную общественную жизнь и был хорошим меценатом. В разные годы он избирался депутатом второй Государственной думы, членом и председателем уездного земства, работал в попечительских советах учебных заведений г. Никольска, выполнял обязанности попечителя Кемской начальной школы и т.д.
Иван Прокопьевич - купец второй гильдии, был удостоен звания «Почетный гражданин г. Никольска». Примерами его меценатства служит открытие в с. Никольском фельдшерского пункта, финансирование строительства здесь двухэтажной начальной школы, в приобретении на свои средства 62 пудового колокола для Никольской церкви и т.д. Например, колокол он заказал не просто в 62 пуда, а чтобы в нем было не менее 30 процентов серебра. Его серебряный звон разносился по всей округе до 1936 года.
Кемские мужики уважали Ивана Прокопьевича за справедливость, внимание к их нуждам, доброту и честность. В 1918 г. недовольные куножане (где управлял Александр) пришли в с. Никольское, чтобы разграбить и сжечь его имущество (И. П.), но кемляки не позволили это сделать. Они не позволили властям репрессировать его. Охотно беседовали с ним, когда он уже был беден, ходил в сером армяке и лаптях, просиживая долгие часы на крыльце магазина. Он не жаловался на новую власть, не ругал ее и относился ко всему стоически.
В начале 1918 г. новая власть обложила контрибуцией и изъятии излишков продуктов всех богачей уезда. Иван Прокопьевич вначале наотрез отказался внести контрибуцию и его отправили в тюрьму... Через несколько дней его освободили, а контрибуцию он выплатил даже вдвойне.
После национализации его собственности Иван Прокопьевич жил бедно, но Кему не покинул: здесь были похоронены две его жены, да и прожитые вместе с кемляками десятки лет совместного труда, радостей и печалей, успехов и неудач... удержали его. Умер Иван Прокопьевич в 1925 году и похоронен у восточной стены Никольской церкви рядом с женами.
Кемляки помнят Ивана Прокопьевича и передают рассказы о нем только добрые и хорошие.