Версия
для печати
Великий Устюг в XVIII веке современники считали богатым купеческим городом, чрезвычайно способным к торгу.[1] По третьей ревизии (1763 г.) в Устюге насчитывалось 25 купцов первой гильдии, 42 - второй, 598 - третьей гильдии.[2] Побывавший в Устюге в августе 1771 г. академик Иван Лепехин нашел, что купцы здесь «большею частию заживны и имеют довольные промыслы».[3]
Наиболее богатыми среди устюжских купцов были те, которые вели отъезжий торг в Архангельске и в Сибири. По замечанию П.И. Челищева, деды известного в Великом Устюге купца И.Я. Курочкина «приобретали великий капитал ревенем, отправляемым чрез Архангельск в Англию».
Дом купца В.И.Шилова в Великом Устюге. Построен во II пол. ХVIIIв. (Из научного архива ВУИАХМЗ)
Купец первой гильдии Л.Г. Захаров «получил свое благосостояние отпуском чрез Архангельский порт на собственных своих кораблях в иностранные государства хлеба, льну, пеньки, говяжья сала, юфти и лесу», а В.И. Шилов «разбогател по открытии отдаленных Алеутских островов тамошним звероловством».[4] Но и Курочкины, и Захаровы и многие другие устюжские купцы, торгуя в Архангельске, одновременно вели торговлю в сибирских городах. Эта торговля носила посреднический характер и имела важное значение в экономике города. Объясняется это тем, что через Великий Устюг проходила большая торговая дорога из Архангельска в Сибирь.[5] От Устюга путь вел в Лальск, затем Лоемским волоком в деревню Объячевскую, на Кайгород - скую пристань на реке Сысоле, через Кажимский завод, далее в город Кай на Каме, оттуда на Соликамск и за Уральские горы. Только до Кая на Каме путь составлял 338 верст.[6] Старый сибирский тракт был проторен и объезжен устюжанами еще в XVII веке, а пользовались им вплоть до начала XX века. Этим трактом устюжские купцы ездили на Ирбитскую ярмарку.
В первой четверти XVIII в. расширению торговых связей устюжан с Сибирью в определенной мере способствовали правительственные ограничения в торговле через Архангельский порт. Как пишет С.Ф. Огородников, в начале XVIII в. «весь район торговых операций жителей Архангельска, Холмогор, Устюга Великого, Вологды и Колы ограничивался ... посылкою в Норвегию мелких суднишек с хлебом и «с другими мелочными товаренки».[7] С 1713 г. юфть и пеньку купцы обязывались везти не в Архангельск, а в Петербург. Отмена всех стеснений в торговле с Архангельском произошла лишь в 1727 г.[8] Наибольшее внимание в этот период купцы Великого Устюга обратили на торговлю с Сибирью. В 1721 г. в сибирских городах находилось более 40 устюжан. «Для торгового своего промыслу» уехали в Сибирь Балуев Алексей с братьями Петром и Василием, Шергин Никифор, Торшневской Прохор, Макарьев Михайло (приказчик устюжского купца Якова Васильева сына Путилова) и другие.[9] В 1726 г. привезли товар из Сибири в Москву 8 устюжских купцов. Главное место среди привезенных товаров занимали китайки, байбереки, камки и чай. Привоз товаров из Сибири находился в руках купцов-северян, в том числе и устюжских.[10] В 1748 г. отпускали товары в Сибирь устюжские купцы М.Г. Сташев, А.А. Протодьяконов,
Дом великоустюгского купца М.М.Булдакова в Великом Устюге. Построен в начале XIXв. Сн. К. Мягги. 1885 г. (Из фондов ВУИАХМЗ)
К.С, Смольников, И. Шемякинской, А.В. Панов, М. Смолин, Г.Ф. Захаров, СМ. Попов.[11] В Таможенной книге Великого Устюга за 1751 г. зарегистрировано не менее 18 купцов, отправлявших в сибирские города большие партии товаров[12]
Количество купцов, торговавших с Сибирью, значительно возросло во второй половине XVIII века. В немалой степени этому содействовал указ Екатерины II от 31 июля 1762 г., отменявший правительственную монополию на торговлю с Китаем и провозглашавший принцип полной свободы торговли.[13] По данным ревизских сказок, на 1763 г. в Сибири обреталось более 200 устюжан.[14]
Большинство из них выехали в сибирские города с целью торгового промысла.
Часть устюжских купцов во второй половине XVHI века сосредоточилась исключительно на торговле в Сибири. Некоторые из них навсегда уезжали из Великого Устюга и записывались в купечество по разным сибирским городам. Так, Кропухинский Иван Афанасьевич, отпущенный в Сибирь в 1756 г., в 1763 г. записался в иркутское купечество.[15] В иркутское же купечество записались Кабаков Петр Григорьевич, Уваров Федор Петрович,[16] «по котельному мастерству» Хромцов Андрей Яковлевич, «по оконнишному мастерству» Кочнев Михаил Петрович. Протодьяконов Михаил Андреевич - в 1748 г. вернулся из Сибири с просроченным паспортом, был снова отпущен и вскоре записался в купечество «За Байкалом морем в пригородке Удимску», о чем поступило сообщение из Иркутского магистрата в Великоустюжский городовой магистрат. В Сибири остались и братья Михаила Протодьяконова Прокопий. Андрей и Семен.[17] В удинское купечество записались также устюжане Путилов Иван Васильевич и его сын Иван.[18] Своим новым местом жительства выбрали город Якутск устюжские купцы Кипчаков Дмитрий Иванович и Шилов Яков Иванович. Первый записался в якутское купечество в 1758 г.,[19] а второй - в 1780 г.[20] По Кяхтинскому форпосту записался в купечество уехавший в Сибирь в 1748 г. устюжанин Фоминых Михаил Федорович.[21] Переселение устюжских купцов в Сибирь наблюдается в течение всей второй половины XVIII века. Большинство же устюжских купцов, совершая рискованные путешествия по огромным пространствам Сибири, возвращались в родной город.
Ассортимент товаров, которые предлагали устюжане на сибирском рынке, был довольно разнообразным. Из местных изделий у жителей Сибири пользовались спросом холсты, по - кроми коровьей шерсти устюжской работы, красноборские кушаки, вареги ямские, шубы овчинные, кафтаны, чулки из овечьей шерсти, пестрядь. Эти товары закупались в Устюге у разных продавцов. Так, 19 февраля 1748 г. купец Михайло Гаврилов сын Сташев явил на устюжской таможне купленные в Устюге и предназначенные «в отпуск в сибирские городы» 5000 аршин холста «згибного» по 25 руб., 5000 аршин холста хрящу толстого по 15 руб., 3500 аршин покроми по 7 руб. за тысячу, 600 пар чулков белых и серых по 15 коп., 300 пар чул - ков маленьких по 3 коп. пара, 150 пар варег ямких по 3 коп. за пару.[22] В декабре 1748 г. купец Г.Ф. Захаров для продажи на Ирбитской ярмарке купил 300 пар варег ямских по 3 коп., 100 пар чулков овечьей шерсти по 15 коп., 50 пар детских чулков по 2 коп. с половиной за пару, 2500 аршин покроми по 7 руб. за тысячу, 900 кушаков красноборских с шерстью по 3 коп. за один, 29 кафтанов шубных по 60 коп. за один, еще 19 кафтанов по 55 коп. за один.[23]
Значительную часть товаров, вывозимых устюжскими купцами в Сибирь, составляли товары заморские, приобретенные в Архангельске. К портовому городу купцы Великого Устюга отправлялись обычно весной, после вскрытия рек. На карбасах и барках сплавляли к архангельскому городу «в заморской отпуск» хлебные припасы, говяжье сало, лен, семя льняное, холст, свиную щетину, рогожи, сермяжные сукна, овчины, юфть. В Архангельске покупали «немецкие» товары; ладан, сахар, перец, олово в деле и прутовое, изюм, чернослив, виноградные вина, квасцы, сандал, красные и синие сукна, «разных разборов» стамеды, выбойку, белое железо, свинец, деревянное масло и многое другое.[24] Часть этих товаров оставляли для продажи в своем городе, остальные везли в Сибирь.
Отдельные купцы ездили за товарами в Москву, где в рядах и лавках покупали отечественные и иностранные ткани (бумажные, гарусные, шерстяные), разные мелочные товары (ножи, булавки, пуговицы, карты, зеркала, краски и т.д.). Московские товары также частично отправлялись в Сибирь.
Ездили устюжские купцы за товарами для Сибири и на Макарьевскую ярмарку, одну из крупнейших в России. В уездном городе Макарьеве Нижегородской губернии торг происходил с первых чисел июля до начала августа. В Макарьеве покупали башмаки, холст, астраханскую пестрядь, винтовки, фаты белокрайки, рукавицы барановые и оленьи, павловские ножи и ножницы, одекуй, ладан, пуговицы и т.д.[25] Нередко сразу же на судах товары отправляли по Волге до Камы, а по Каме - до Перми. А дальше товары сухим путем шли до Иркутска. При благоприятной погоде добирались до Иркутска за 3 - 4 месяца.[26] Дождливой осенью происходили длительные задержки в пути, о чем свидетельствует устюжский купец Н.И. Коробицын. 28 июня 1795 г. он выехал из Устюга через Ветлугу на Макарьевскую ярмарку. Из Макарьева с товарами купца Александра Ивановича Саблина 28 июля отправился в Иркутск. Из - за распутицы вынужден был сделать остановку в Томске и в Иркутск прибыл 17 декабря, т.е. через 4,5 месяца.[27]
Из Устюга за Урал обозы с товарами отправляли обычно зимой, чтобы к первым числам февраля попасть на Ирбитскую ярмарку, которая продолжалась до марта (Ирбит - в 204 км от Екатеринбурга). В Ирбитской ярмарке принимали участие купцы из разных российских городов, но «особливо московские, казанские, астраханские, оренбургские, ярославские, устюжские, вологодские ...»[28] В Ирбите производили торг на деньги и в мену «на сибирские мякотные и китайские товары».
По окончании Ирбитской ярмарки купцы ехали в Тобольск и дожидались вскрытия рек, чтобы отправиться в дальние сибирские города. От Тобольска на судах через Томск добирались до Иркутска, за Байкал до Селенгинска, Якутска и далее. Везли товары и сухим путем большими обозами.[29]
Поручительство устюжских купцов за В. И. Шилова. 1780 г. (ВУФ ГАВО. Ф. 361, оп. 3, д. 77, л. 9)
Немалое значение в торговле устюжских купцов во второй половине XVH1 века имела Кяхта, пограничный город на китайской границе, южнее Иркутска. В Кяхту купцы везли пушнину (шкурки белок, песцов, соболей, лисиц, морских бобров, выхухоли и др.), западноевропейские шерстяные и хлопчатобумажные ткани, русские сукна, листовое железо, сайгачьи рога и прочее. Из кожевенных товаров у китайцев пользовались спросом козловые и опойковые кожи, юфть. Красная и черная юфть большей частью вывозилась из Москвы, Ярославля, Вологды, Устюга и Казани.[30] В 1782 г. в Великом Устюге насчитывалось 12 кожевенных заводов, которые вырабатывали до 7000 юфтяных и дубленых кож. До 1000 кож в год перерабатывали заводы, принадлежавшие Григорию Панову, Петру Оконнишникову и Василию Квасову, а с завода Егора Чернышева выходило 1200 кож в год.[31]
Пушнину на экспорт покупали не только на Ирбитской ярмарке, но и в Иркутске, Якутске, Охотске, в Удском остроге и в других сибирских городах. Нередко торговля «мягкой рухлядью» соединялась с морскими промыслами на Камчатке и на островах Тихого океана.[32] Устюжские купцы в компаниях с купцами из других городов снаряжали экспедиции на Ближние и Дальние Алеутские острова, на северо-западное побережье Северной Америки. Так. несколько раз компания тульского оружейника Афанасия Орехова, Соликамского купца Ивана Лапина и устюжского купца Василия Шилова отправляла на промыслы к Лисьим островам бот «Павел». Каждый раз с богатой добычей судно возвращалось в Охотский порт. Компаньонами и пайщиками промышленных экспедиций были также устюжские купцы Федор Шубин, Андрей Пахолков, Грязнухин, Майков и другие. Устюжский купец Федор Шубин состоял в компании купцов Протодьяконовых и Оконнишникова и в 1774 г. принимал участие в снаряжении судна «Прокопий».[33] Андрей Пахолков был одним из пайщиков компании купца Лебедева-Ласточкина.[34] Некоторые устюжские купцы (Василий Шилов, Иван Паутов, Федор Молев и др.) сами участвовали в морских вояжах. Иван Прокопьевич Пальчиков, находившийся в Сибири с 1753 г., на судне «Св. Евпл» компании московского купца Василия Серебренникова в 1773 - 1779 гг. ходил на промыслы на Лисьи острова и в Исаноцкой пролив и благополучно возвратился на Камчатку.[35]
Добытую пушнину продавали другим купцам или сами везли в Кяхту. Но прежде, чем производить торг с китайцами, купцы должны были получить свидетельство на право провоза товаров через Троицкую коммерческую экспедицию (находилась рядом с Кяхтой). Для получения свидетельства купцы писали прошения на имя императрицы. 21 июня 1794 г. купец второй гильдии Иван Осипович Булдаков в своем прошении писал: «Намерен я чрез Троицкую коммерческую экспедицию на китайской границе отпустить российских пушных товаров и там учинить мен на китайские товары с коих будет следовать пошлинного платежа до 5 тыс. рублей, то их где по указам поведено будет заплатить я нахожусь в состоянии». За И.О. Булдакова поручались купцы первой гильдии Иван Курочкин, Василий Шилов, Иван Непогодьев, второй гильдии Семен Басин и Андрей Смолин.[36] В Великоустюгском филиале ГАВО хранятся подобные прошения и других устюжских купцов: Василия Шилова, Льва и Петра Захаровых, Мартемьяна Федосеева, Михаила Шешукова, Алексея Шемякинского и т.д.[37] Получив свидетельство, купцы отправлялись в Кяхту.
Торговля в Кяхте начиналась с 1 сентября и продолжалась в течение всей осени и зимы. Привезенные товары выменивались у китайцев на фарфоровую посуду, голи, китайку, чай, шелк, жемчуг, табак.[38] По окончании торга товары упаковывались, хозяин их платил пошлину в казну, получал ярлык кяхтинской таможни и право развозить «выменные» китайские товары по разным российским городам. (В фондах Великоустюгского музея-заповедника хранится ярлык кяхтинской таможни, данный 7 ноября 1809 г. братьям Николаю и Сергею Сутягиным[39]). В 1748 г. купец А.В. Панов продавал в Устюге, привезенные из Кяхты, 7 гиней шелку наджинского по 3 руб. 80 коп. гин, 9 тюней китайки тюневой по 6 руб. 25 коп. тюнь, 20 поставов голей по 10 руб., 30 бахчей чаю зеленого по 45 коп. бахча, 29 пар чашек ценинных с блюдцами и с крышками по 25 коп. пара, 20500 жемчужин по 25 коп. за тысячу, 4 постава голей по 14 руб. постав, 1 тюнь китайки валковой за 5 руб. 50 коп.[40]
Торговля в Сибири, через Кяхту - с Китаем приносила устюжским купцам значительные прибыли. Увеличив свой капитал, многие из них переходили из третьей гильдии во вторую и первую. Так, Федор и Степан Костромитины вместе с отцом Ионой Яковлевичем с 1795 по 1801 г. состояли в третьей гильдии. В 1801 г. Костромитины объявили капитал по второй гильдии, а в 1808 г. - по первой гильдии. Торг разными российскими, немецкими и китайскими товарами братья Костромитины начали производить с 1795 г., главным образом в Якутске, Охотске и Удском остроге. Вскоре оба приобрели большие познания и навыки в торговле по сибирскому краю. Став состоятельными, в 1806 г. братья пожертвовали разных вещей и денег 800 руб. на постройку нового дома для лазарета в Удском остроге[41].С ростом купеческих капиталов росли и доходы города. В XVIII веке в Великом Устюге успешно развивались промышленность, многочисленные ремесла и художественные промыслы. Как заметил Михаил Чулков, цветущим своим состоянием Устюг во многом был обязан Сибири[42] Прочные связи с сибирскими городами помогли Великому Устюгу сохранить значение крупного торгово-промышленного центра и избежать упадка, постигшего в XVTLI в. другие северные города.
Примечания:
1. Географическое Методическое
описание Российской империи X. Чеботарева. М.,
1776. С. 214 - 215.
2. Яковцевский В.Н. Купеческий
капитал в феодально-крепостнической России.
М, 1953. С. 67.
3. Продолжение, дневных записок
путешествия Ивана Лепехина в 1771 г. Спб., 1780. Ч.Ш.
С. 298.
4. Челищев П. И. Путешествие по
Северу России в 1791 г. Изд. Общества
любителей древней письменности. Вып. XXXV. Спб.,
1886. С. 165 - 167.
5. Клокман Ю. Р. Социально -
экономическая история русского города. 11 - я
пол. XV111 в. М., 1967. С. 307.
6. Коваль С. Северный табель -
календарь и справочная книжка. Вологда, 1906.
С. 32.
7. Огородников С.Ф. Очерк истории
города Архангельска в торгово-промышленном
отношении. Спб., 1890. С. 148.
8. Кулишер ИМ. Очерк истории
русской торговли. Петербург, 1923. С. 183 - 215.
9. Найденов. Устюг Великий.
Материалы для истории города XVII - XVIII
столетий. М., 1883. С. 167 - 199.
10. Кафенгауз Б.Б. География
внутренней торговли и экономическая
специализация районов России в 20-х годах XVIII
в. // Вопросы географии Сб. 20. Историческая
география СССР. М., 1950. С. 193.
11. ВУФ ГАВО, Ф - 27, оп. 1, д. 16, лл. 70об.,
71,77, 105, 106 об., 309об., 315, 321об. - 322об.
12. ВУФ ГАВО, Ф - 604, оп. 1, д. 17.
13. Русские экспедиции по изучению
северной части Тихого океана во II половине
XVIII в. Сб. документов. М., 1989. С. 7.
14. Найденов. Указ. соч. С. 201 - 290.
15. Там же. С. 227.
16. Там же. С. 251, 259, 262, 277.
17. Там же. С. 230 - 231.
18. Там лее. С. 262.
19. Там же. С. 250.
20. ВУФ ГАВО. Ф - 361, оп. 1, д. 77, л. 322.
21. Найденов. Указ. соч. С. 272.
22. ВУФ ГАВО Ф - 27, оп. 1, д. 16, л. 70об.
23. Там же, лл. 321 об - 322.
24. ВУФ ГАВО, Ф - 361, оп. 3, д. 256, лл. 14, 45
- 46.
25. ВУФ ГАВО, Ф - 604, оп. 1, д. 17, лл. 8, 8об.,
20,21, 23об., 33об.,48об., 49об., 112об., 113.
26. Яковцевский В.Н. Указ. соч. С. 73.
27. «Записки» приказчика
Российско-Американской компании Н. И.
Коробицына. 1795 - 1807. //Русские открытия в
Тихом океане и Северной Америке в XVIII - X1X вв.
Под ред. А.И. Андреева. Сб. материалов. М. - Л.,
1944. С. 118 - 119.
28. Зябловский Е. Статистическое
описание Российской империи. Кн. 2 - я, ч. V.
Спб., 1808. С. 167.
29. Кулишер ИМ. Указ соч. С. 252.
30. Краткий очерк возникновения,
развития и теперешнего состояния наших
торговых с Китаем сношений чрез Кяхту. М.,
1896. С.20.
31. ВУФ ГАВО, Ф - 361, оп. 3, д. 256, лл. 53, 56об.
32. Рубинштейн Н.Л. Внешняя
торговля России и русское купечество во II
половине XVIII в. // Исторические записки. Вып.
54. М., 1955. С.354 - 355.
33. Макарова Р. В. Русские на Тихом
океане во второй половине
XVIII в. М., 1968. С. 89 - 90.
34. Берх В. Хронологическая
история открытия Алеутских островов. Спб.,
1823. С. 115 - 116.
35. Макарова Р. В, Указ соч. С. 75, 164.
36. ВУФ ГАВО. Ф - 361, оп. 3, д. 4778, л.1.
37. Там же. Дела 76, 77, 598, 599, 600, 602.
38. ВУФ ГАВО, Ф - 604, оп. 1, д. 17. лл. 3, II
об., 18, 51 об., 53, 66об.,101об., 106об., 131.
39. Фонды ВУИАХМЗ. ИК 24911.
40. ВУФ ГАВО, Ф - 27, оп. 1, д. 16, лл. 353 -
354.
41. ВУФ ГАВО, Ф - 145, оп. 1, д. 48, лл. 40 -
42.
42. Чулков М. Историческое
описание Российской коммерции. Т. 6, кн. IV. М.,
1786. С. 290 - 291.
Принятые сокращения:
ВУФ ГАВО - Великоустюгский филиал Государственного архива Вологодской области.
ВУИАХМЗ - Великоустюгский историко-архитектурный и художественный музей-заповедник.